президентский дворец.

Дворец представляет собой монументальный комплекс в стиле неоклассицизма, возвышающийся над Капитолием. Фасад из белоснежного мрамора и полированного гранита простирается на сотни метров, центральный купол сделан из бронированного стекла. Вокруг дворца разбиты идеальные сады с геометрически подстриженными живыми изгородями и фонтанами. Повсюду расположены закрытые оранжереи, которые защищены куполами из энергетических полей. Внутри них культивируются уникальные генетически модифицированные розы, обладающие неестественно белым цветом и густым, удушающим ароматом, который стал сигнатурным ароматом президента Кориолана Сноу.

Войдя внутрь, посетитель попадает в Гранд-холл с полом из черного обсидиана, отражающим гигантские хрустальные люстры. Стены украшены гобеленами, изображающими историю Панема, где триумф Капитолия над дистриктами представлен как акт цивилизаторской милости. Личные апартаменты Сноу расположены в самой защищенной части дворца и представляют собой лабиринт комнат и потайных ходов.

центр распорядителей игр «пантеон».

Расположенный в центре Капитолия, «Пантеон» — апогей технологического могущества столицы. Доступ возможен только через серию контрольно-пропускных пунктов с проверкой ДНК. Основной зал — комната управления — это большое круглое помещение, погруженное в полумрак, который нарушается мерцанием сотен экранов и свечением центральной голограммы. Эта голограмма, носящая название Паноптикум, является точной, постоянно обновляемой трехмерной копией арены в реальном времени. Распорядители, сидящие в амфитеатре вокруг нее, могут увеличить любой участок до молекулярного уровня, отследить сердцебиение конкретного трибута или внести любые изменения в арену.

Каждая рабочая станция оснащена сенсорными интерфейсами, позволяющими не просто наблюдать, а активно формировать реальность. Система управления окружающей средой дает возможность одним движением пальца поднять ураган, вызвать землетрясение или заморозить озеро. Генератор материи может создавать деревья, укрытия, оружие или даже съедобные плоды, создавая иллюзию естественной среды.

национальный музей голодных игр.

Музей и грандиозный памятник идеологии Капитолия. Его здание выполнено в форме гигантской, увенчанной куполом арены. Внутри посетителей встречает «Зал Основателей», где мраморные бюсты первых Распорядителей соседствуют с диорамами, изображающими казни мятежников после Темных времен. Главный экспонат — оригинал Соглашения о прекращении огня, который, согласно официальной истории, великодушно предложил Капитолий.

Сердце музея — интерактивный зал, в котором граждане Капитолия могут с помощью голографических симуляторов почувствовать себя трибутами: убегать от волков-оборотней, прятаться от личинок-убийц или сражаться с копиями прошлых победителей. Отсюда раз в год, сразу после окончания празднований в честь завершения Игр, стартуют туры прямиком на арену. Однако самым ожидаемым событием года, помимо самих Игр, становится ежегодный аукцион, проводимый в центральном атриуме музея. На этом аукционе капитолийцы соревнуются за право владения мрачными реликвиями: луком, из которого был сделан победный выстрел, окровавленным платьем юной трибутки, личным дневником, найденным в тренировочном центре, запечатлевшем последние дни чьей-то жизни, или даже законсервированными в смоле частями тел переродков. Владение таким трофеем считается высшим проявлением статуса и преданности идеалам Игр.

клиника реабилитации «лета».

За безобидным фасадом современной больницы скрывается учреждение, возможно, более жестокое, чем сама арена. Сюда попадают победители Игр сразу по их завершению, сломленные физически и морально. Процесс реабилитации включает генную терапию для ускоренного заживления ран и удаления шрамов, дабы ничто не напоминало о пережитом ужасе, пластические операции и манипуляции, чтобы стать более желанными для капитолийских элит, и психологическую «помощь».

Наиболее спорная и пока что нечасто встречающаяся практика — селективная амнезия: с помощью нанороботов и гипноза пациентам стирают или искажают самые травмирующие воспоминания. Вместо ужаса перед смертью товарища им могут «вшить» воспоминание о справедливом поединке. Часто это вызывает побочные эффекты — эмоциональную опустошенность, ночные кошмары, в которых реальность смешивается с ложными воспоминаниями, и глубокую экзистенциальную тоску.

гастрономический квартал.

Еда в Капитолии возведена в ранг высокого искусства, трансгрессивного перформанса и социального утверждения. Ароматы шафрана и трюфелей смешиваются с электромагнитной рябью голографических меню и возбужденным гулом толпы, вечно жаждущей новых ощущений. Площадка для демонстрации статуса, где экстравагантность приема пищи важнее всего. В меню значатся стейки из генномодифицированной говядины с мраморной жировой прослойкой, светящейся в ультрафиолете, или салат из прозрачных листьев салата-латука, выращенного в аэрогеле. Особой популярностью в сезон Игр пользуются «тематические ужины». 

Но истинной, тщательно скрываемой изюминкой квартала стали подпольные клубы, доступ в которые открыт лишь по рекомендациям и после тщательной проверки. В заведениях, спрятанных за потайными дверьми в подсобках элитных ресторанов, подают то, что не может позволить себе даже большая часть капитолийской элиты — запрещенные деликатесы из дистриктов. В атмосфере нарочитой богемности и тайны гурманы платят целые состояния за стейк из оленины, подстреленной в лесу дистрикта-12, или за яйца диких гусей с озера дистрикта-7.

район «икар».

Расположенный в нижних уровнях мегаполиса, куда не проникает солнечный свет, этот район представляет собой лабиринт из переполненных жилых блоков, затхлых тоннелей и подпольных цехов.  В Икаре живут те, на ком держится роскошь верхов: авоксы, обедневшие потомки аристократов, промотавших состояние, рабочие, обслуживающие системы жизнеобеспечения города, и прочие невидимки. Тут есть свои правила и своя экономика, основанная на бартере и контрабанде. Это место служит постоянным напоминанием для элиты, обитающей наверху: падение в Капитолии стремительно и беспощадно.

игорный дом «фортуна».

Здание «Фортуны» напоминает гигантский золоченый игральный кубик, зависший над мостовой на трех хрустальных опорах. Под ним простирается бассейн с «жидким серебром», в котором плавают механические лебеди. На фасадах — медиаэкраны, где непрерывным потоком струятся цифры, символы карточных мастей и абстрактные узоры, напоминающие траектории рулетки. Главный вход — это раскрытая пасть черного бархатного тоннеля, обрамленная двадцатью метрами светящегося неона, и над ним парит голографическая фигура богини удачи с карточной колодой в руках.

рулетка.

Круглый зал под черным бархатным куполом с проекцией Млечного Пути. Столы рулетки сделаны из полированного обсидиана, шарики — из титанового сплава с сапфировым напылением. Крупье носят маски с тремя лицами — улыбки, скорби и безразличия. Каждые 30 минут магнитные поля случайным образом меняют траекторию шарика.

покерные столы.

Зал оформлен как библиотека с полками из слоновой кости, но вместо книг — запечатанные колоды карт, использовавшиеся в легендарных играх. Столы для покера и баккара из темного ореха с инкрустацией перламутром. Столы окружены креслами с встроенными биодатчиками, анализирующими пульс и микровыражения игроков. Данные проецируются на экраны в реальном времени для остальных участников.

сад деметры.

Внутренний атриум с цитрусовыми деревьями в кадках и фонтаном в центре. Здесь гости играют в кости за столиками из мрамора. Здесь проводят игру Латрункули — стратегическую игру шашечного типа, очень популярную у древних римлян, адаптированную для высоких ставок. Здесь же — неглубокие бассейны с теплой ароматизированной водой, где гости могут расслабиться на мраморных ложах.

акробатический театр.

Труппа из акробатов в костюмах, стилизованных под античные фрески [легкие ткани цвета охры, позолоченные пояса]. Состоит из артистов капитолийского цирка. На высоте 15 метров под куполом акробаты выполняют различные номера и трюки, пока гости играют. Из самых запоминающихся номеров — строительство живых пирамид, трапецист в золотых крыльях, символизирующий падение Икара, огненные танцы с факелами под ритмичную музыку. Акробаты периодически спускаются в зал и предлагают гостям символические «дары богов» — напитки, еду и прочие услуги разного рода.

клуб «бахус».

«Бахус» — не столько ночной клуб, сколько закрытый социокультурный феномен. Отбор проходит не по толщине кошелька или громкости фамилии, а по некоему неуловимому критерию — «вкусу к подлинному». Здесь презирают показную роскошь Капитолия, считая ее вульгарным кривлянием. Истинная элита, по мнению основателей, ищет не блеска, а глубины — будь то глубина звука, вкуса, ощущения или порока. Девиз клуба: «ex profundis voluptas» — «наслаждение из глубины».

устройство клуба.

Клуб расположен в бывшем подземном хранилище Центрального архива Капитолия, на глубине 50 метров. Никаких вывесок, указателей или неоновых огней — только неприметная дверь из матовой черной стали в глухом переулке, которую охраняют двое немых стражей в простых серых балахонах. Попасть в «Бахус» невозможно по предварительной записи, приглашению или взятке.

Каждую ночь у двери дежурит Привратник — человек, чье решение обжалованию не подлежит. Он задает соискателю один-единственный вопрос. Вопросы практически никогда не повторяются, и правильных ответов на них не существует. «Какой аромат у власти?», «О чем молчит ваша тень?», «Какой из оттенков черного вы предпочитаете?». Шанс пройти с первой попытки стремится к нулю. Многие капитолийцы месяцами, а то и годами приходят к этой двери, пытаясь угадать нужный ответ, но истинный ключ — в полной внутренней аутентичности.

Попав за дверь, гость спускается по длинной, узкой, неосвещенной бетонной лестнице. Главный зал «Бахуса» — огромное помещение с 20-метровыми потолками, бывшее книгохранилище. В центре нет ни бара, ни сцены, ни привычной танцплощадки. Звуковая система смонтирована в стенах и на потолке, создавая эффект полного погружения. В клубе полумрак, нарушаемый вспышками стробоскопов. Иногда на стены проецируются абстрактные черно-белые видеоролики — кадры старых индустриальных фильмов, микросъемка плесени или записи мозговой активности человека в состоянии оргазма. Вдоль стен в углублениях бывших архивных полок устроены зоны для отдыха.

Музыку курирует Маэстро — анонимная фигура, чья личность скрыта уже много лет. Каждая ночь — многочасовой саундскейп, уникальный живой сет. Звучит исключительно экспериментальная электроника: техно, дарк-эмбиент, промышленные коллажи, ритуальные ритмы, синтезированные на основе биения сердца трибута на арене. Громкость — на грани болевого порога. Цель Маэстро — не заставить танцевать, а вызвать катарсис, трансовое состояние, стереть границы между телом и звуком.

Бара в привычном понимании нет. Напитки подают андрогинные существа в масках, которые бесшумно появляются из темноты с подносами. Стандартных коктейлей не существует. Гость описывает свое текущее эмоциональное состояние или желаемое, и ему приносят уникальный напиток. Отказаться от напитка — моветон.

В «Бахусе» запрещено обсуждение политики и светских сплетен. Приветствуется затемняющий макияж; важна не персона, а личность. Вход в стандартной капитолийской моде запрещен полностью. Запрещено использование любых средств коммуникации, любая фото и видеосъемка.